Чужих детей нет!

[zhuk]

плачу опять  , как всегда когда  захожу сюда...
бывает-рассержусь на своих, ну замучили , сил нет, а зайду сюда, почитаю -поплачу-думаю- ну дура же я, мои зайки, люблю, люблю не могу, простите маму.Вы мои солнышки...как же можно на вас обижаться, вырастите и улетите, время спешит, дети растут.Каждая минутка дорога....

[olga sever]

автора, к сожалению, не знаю, просто нашла в интернете.

Подари мне любовь, мама!

Сегодня они собрались здесь все вместе. Это был их День. Самый ответственный и удивительный День. День, за которым следовало чудо перевоплощения. Именно для них сегодня было открыто Зеркало Мира...

Множество людей открылось их взору: умные и глупые, молодые и не очень, добрые и злые... Множество... Только сегодня, в этот День они должны найти себе Родителей.

– Срок истек! – это голос мудрого Ангела. – Я готов услышать ваше решение. Ты первая, Звездочка.
– О, я выбрала вон тех молодых. Они так любят друг друга. И меня они тоже будут любить, наряжать в лучшую одежду, баловать. Это просто чудесно!
– А ты, Резвушка, определился?
– Да. Мой выбор прост. Это родители, где уже есть четверо детей. У них одни девочки. Кто-то же должен их защитить. Мои мужские руки нужны Отцу, ему одному трудно. Да, я определенно нужен им!
– Почему ты плачешь, Странник?
– Видишь тех людей? Они не очень красивы и неопрятны. Они не станут мне достойными Родителями. Оттого я плачу...
– Но ты не обязан, Странник!
– А кто, кто будет заботиться о них, просто любить, в конце концов? Да, мне будет плохо с ними, но моя любовь хоть немного им поможет. О, Ангел! Я прошу, я умоляю! Я тоже могу стать одним из них! И когда я погрязну в грехе, прошу, не отвернись от меня! И хоть в конце пути протяни мне руку помощи!
– Это твой выбор, Странник! Мне тяжело, но я всегда останусь с тобой. Помни это!
– Ну, а ты, Лучик! Кто из них тебе по сердцу?
Малыш взглянул на Ангела печальными глазами:
– Но ее здесь нет, моей мамы.
– Нет? Но где же она?
– Смотри, смотри туда. Видишь женщину с печальным взглядом. Это она! Она так одинока, моя Мама.
– Нет, Лучик, она не может ей быть, она уже не молода. И одинока... Нет, малыш. Поищи другую.
– Но мне не нужно другой! Именно эта женщина даст мне Любовь, а я спасу ее от Одиночества. Пожалуйста, Ангел, придумай же что-нибудь!
– Решение есть, малыш! Но оно может не сработать. Риск велик, ты можешь стать сиротой. Это страшно. Ничего печальнее этого я не видел, а мне уже немало лет.
– Я согласен.
– Ты уверен в этой женщине?
– Да. Но прошу, помоги мне! Это не по правилам, я знаю... Она пропадет там одна, в этой комнате. Разреши мне явиться к ней во сне. Один лишь раз? Хорошо?

Женщина шла домой. Дом, где ее никто не ждал, давно стал ей привычным. У подъезда толпились соседки, непривычно громко что-то обсуждая. Женщина хотела пройти мимо, но почему-то остановилась.
– Нюрка-то, вот шалава, что надумала!
– Да разве ж, она мать? Сама дитя еще?
Женщина насторожилась. Нюрку она знала, учила ее в школе. Знала о ее беременности.
– А что она решила?
– Оставить она ребеночка решила. Отказаться от него...
Женщина пришла домой. И села в привычной тишине.
– Ну же, Мама, я почти дома!
Женщина поговорила по телефону и села за тетради.
– Мама, Мама, я не ошибся в тебе, я знаю!
Женщина снова пошла на работу и, привычно поправив очки, требует что-то у своих учеников.
– Мама, а как же наши мечты? Как же наши прогулки? Кто прочтет мне мои книжки? Кто найдет твои очки, ведь ты их везде теряешь? Ты же не хочешь все это перечеркнуть сама! Мама, Мама!

Женщина бежит домой. Она торопится.
– Нюрочка, Нюра! Я... Можно мне... Я буду его очень любить. Я не обижу...
Окно Мира вновь закрылось. Ангел вздохнул с облегчением. Получилось!

[olga sever]

Скажите, откуда я взялся?
Я всем задавал вопрос.
А дедушка мне ответил:
- Нам аист тебя принес.

А бабушка мне сказала:
- В капусте тебя нашли.
А дядя шутил: - С вокзала
В корзинке тебя принесли.

Я знаю, неправда это,
Папа меня забрал,
Я только не знаю ответа,
Где папа меня взял.

Сестра на меня ворчала:
- Ты голову всем вскружил.
А я начинал сначала:
- А где я до папы жил?

Никто это тайну из взрослых
Мне так объяснить и не смог.
Лишь папа ответил просто:
-ТЫ ЖИЛ В МОЕМ СЕРДЦЕ, СЫНОК!

[Alice]

В последнем номере "Российской газеты-неделя" опубликовано  откровенное замечательное письмо с лучиком счастья в конце. Спасибо автору.

Посланник любви

Мария Городова
... Они приходят, чтобы напомнить нам о чистоте и всепрощении. Их появление в нашем мире не зависит ни от географии, ни от социального положения родителей, ни от времени. Почему они так похожи? Да потому, что мы непременно должны их узнать.


"Здравствуйте, Мария! Пишу вам, преодолевая стыд, боль и чувство брезгливости к самой себе - да как я могла! Пишу не для того, чтобы оправдать свою подлость, - то удивительное существо, которое я тогда предала, давно подарило мне прощение. И не для того, чтобы устыдить свою, несмотря ни на что, любимую дочь. Хотя очень переживаю разрыв с ней. Скорее всего, пишу для того, чтобы разобраться: не мы одни, считающие себя людьми образованными и порядочными, совершили это чудовищное преступление. И не ошибка это вовсе - фашизм. По отношению к беззащитным и безмолвным. Зверство, которое мы привыкли не замечать.

Приговор
      Мария, семь лет назад моя дочка Леночка по любви вышла замуж. А вскоре молодые нас порадовали - Леночка беременна. Ребеночка ждали: все старались беречь Лену, с любовью покупали все эти ползуночки, костюмчики, игрушки. Дочку наблюдали в одном из лучших московских центров: у Миши свой, пусть и небольшой бизнес, и ради жены и будущего ребенка он ничего не жалел. Сначала причин волноваться не было: Лене - 25, фигурка спортивная, фитнесом занималась, да и врачи ничего тревожного не замечали. Но вот на восьмом месяце, после того как ребята засиделись в гостях, к утру дочечка почувствовала боли. Вызвали "скорую", и пока везли в центр, отошли воды. Родила через десять часов - но сама, без кесарева. Намучилась. Доченька потом рассказывала, что сначала, пока рожала, с ней все носились - еще бы, платно ведь, а потом вдруг - тишина. Ребеночек, несмотря на преждевременные роды, родился три пятьсот, но на следующий день дочке его не принесли. Вместо того к моей доченьке подошла зав. отделением и, как обухом по голове: "У вас родился даун".
        Мария, это сейчас я сама кому угодно лекцию про синдром прочитать могу. Знаю, никто в том, что одна из хромосом во время деления клеток куда ей положено не отошла и ребенок имеет лишнюю, не виноват. Что слово "даун" не от английского слова "вниз", а по имени ученого, который синдром описал. И что это совсем не то же, что идиот... Да, много чего я сейчас знаю, но в те дни, даже для меня, срочно прилетевшей на роды дочечки, известие прозвучало страшным приговором.
       А докторша, седая холеная дама, тут же, без переходов, Лену и спрашивает: "Отказ сейчас писать будете или с мужем посоветуетесь?" И на растерянные вопросы дочки: "Почему даун, откуда?" - высокомерно объясняет, что преждевременность родов тут ни при чем (это правда), что роды врачи провели безукоризненно (а вот это не так, да теперь уж ничего не поделаешь). Что вообще - случайность, что ребеночка спасли: у них инструкция - таких не спасать, все равно не жильцы...
        Докторша говорила безапелляционно, как по учебнику, и от ее слов просто ноги подкашивались: "психическая неполноценность", "исправить хромосомные дефекты невозможно", "умственное недоразвитие от нерезко выраженной дебильности до идиотии", "врожденные пороки сердца, аномалии пищеварительного тракта", "сниженный иммунитет". Для нее вывод был ясен: "Да зачем вам это, вы ж молодая, вы себе еще нормального родите! А дауну в больнице лучше будет!" А когда докторша удалилась, нянечка добавила: "Дауны, сколько ни объясняй, не могут научиться горшком пользоваться!" Просто прессинг какой-то шел. И все при этом вроде бы добра нам желали...

В детский дом
         А дальше - самые стыдные моменты моей жизни: Ленка с Мишкой написали отказ, и скажу честно: ни я, ни родители Мишки даже не думали их отговаривать. Ленка была все время на грани истерики. А Мишка то обещал судиться с врачами: ему все казалось, это они виноваты - мол, почему раннюю диагностику не провели, аборт бы сделали и не мучались. То, наоборот, Ленку подозревал во всех смертных грехах - мол, у нее раньше, до него, аборт был, вот и не смогла нормального родить... Одним словом, кошмар. Ну, Мишкин отец посмотрел на все это да и подарил ребятам тур по Европе - пусть развеются, невозможно так жить.
        Дети уехали, а у меня почти сразу муж с инсультом слег. Больше двух лет я при нем как привязанная была, с Леной только по телефону. А в июне муж умер. Похоронила его, сорок дней прошло, полгода. К детям съездила: у них, вроде, все налаживаться стало - машину новую взяли, работы много, не до меня... Домой вернулась, а дома такая пустота... Подруги советуют: "Чего киснешь, волосы покрась, причесончик сделай - и в Интернет! Там такие мужики плавают, какие твои годы, еще так зажигать будешь!" Попробовала, да, видно, не зажигалка уже - не пошло. Сижу дома, в трехкомнатной квартире одна и все про отказничка нашего вспоминаю - а как она?
        Честно скажу, в детский дом долго собиралась - то приболею, то еще что-то помешает. Наконец решилась. Договорилась заранее, приезжаю (а это в другом городе). В группу меня не пускают, в актовый зал велели пройти.

Навстречу пушинкам
        Вынесла мне няня ребеночка. А я, как ее увидела, так в привезенный подарок прямо и вцепилась: тяжело было на это смотреть. Ребеночку уже три годика, а выглядит года на полтора: ручки тоненькие, коротенькие, шейки почти нет, волоски жиденькие, рот приоткрыт, слюна вниз течет, и смотрит - нет, не глупо, взгляд как раз умный, не мутный, но безучастный какой-то. "Сонечка у нас уже стоять может", - нахваливает няня. Поставила ребеночка, а мне совсем худо стало: колготки гармошкой собрались, ножки тощенькие, стоит, за няню держится, как былинка, покачивается, а коленки не внутрь, наружу смотрят...
         Взяла я Сонечку на руки, как ни в чем не бывало, а внутри прямо буря, даже не могу описать всех своих чувств: и неприязнь почему-то какая-то к няньке, и обида непонятно на кого, и чувство вины, и боль, и брезгливость даже... Но держусь, виду не показываю. Вынесла девочку во двор. Смотрю, а она солнце увидела, глазки сощурила - мордашка забавная такая стала. А это июнь был, пух в саду летел, и вдруг вижу, девочка ротик открыла и к пушинкам тянется, шейку свою коротенькую напрягает. "Господи, - думаю, - это что ж, она этот пух ртом поймать хочет?!" Думаю так, а сама, даже не знаю почему, помогаю ей - навстречу к летящим пушинкам ее подношу. А они летят, легкие такие, не поймать. И одна пушинка Сонечке прямо на щечку легла: тут девочка зажмурилась как от счастья, а потом повернула головку ко мне и улыбнулась - как подарком одарила. И глазки умные-умные, и такая любовь в них...
         Господи, не помню, как назад Сонечку отнесла, как няне оставила, как ноги меня из здания вынесли. Вышла на улицу, села на краешек детской песочницы и не могу дальше идти - слезы все заливают. Наверное, за всю свою жизнь столько не плакала, так этот несмышленыш одним своим взглядом все в моем сердце перевернула. И стыдно мне было за свою подлость и малодушие, и больно за нее, и обидно - как же я до такого дожила, что могла такое чудо предать.
         Не помню, сколько времени прошло. Уж стемнело, из дома няни да воспитательницы повыскакивали - а я все ревела как белуга. А когда они меня чаем да валерианкой отпаивали, я уже знала - Сонечку я теперь никому не отдам.
        
         Мария, Сонечка уже давно со мной: и ходить мы научились, и говорим уже, и регулярно в Москву в реабилитационный центр для даунят ездим. Только вот мама Сонечкина нас не приняла: даже остановиться у нее в Москве не можем. Как узнала, что я Сонечку все-таки беру, прекратила общаться. Я ее не осуждаю: с Мишкой они развелись, ей теперь надо личную жизнь устраивать. Да и времени на то, чтоб осуждать, у меня нет: слишком уж много мы с Сонечкой его потеряли, наверстывать надо".
       Алла Григорьевна

Комментарий Марии Городовой
         Здравствуйте, Алла Григорьевна! Серафим Саровский считал семьи, в которых рождаются такие особенные дети, отмеченными Божией любовью, призванными на особый путь стяжания особенных божественных даров.
          И они действительно особенные, эти люди с синдромом Дауна. Всегда доброжелательны, всегда доверчивы и открыты. Если человек к ним недобр - не станут отвечать, будут страдать, замкнувшись в себе. Не умеющие врать, они не увидят чужого коварства. Обиженные, не придумают в ответ пакость - они патологически не способны ко злу. Думаю, что те, кто относит все эти качества в разряд аномалий, отчасти правы. Вопрос в том, стоит ли считать лживость, злобу, агрессию, подозрительность нормой? Говоря о людях с синдромом Дауна, упоминают их короткую память. Но скажите, какая нам польза от "долгой", если мы лучше всего помним обиды и почти никогда - добро? Или вот деньги. В медицинских справочниках пишется о неспособности этих особенных людей с ними обращаться. Как пример: даже тех, кто сочиняет стихи и научился обращаться с компьютером, - есть среди этих особенных и такие, - но даже их невозможно научить не отдавать деньги тому, кто скажет, как они ему нужны. В наше хищное время - точно идиотизм.
         Алла Григорьевна, знаете, мне иногда кажется, что люди с синдромом Дауна - это такие посланники любви. Они посылаются в наш мир, так легко о любви забывающий, и их появление не зависит ни от географии, ни от социального положения родителей, ни от времени. Посылаются, чтобы напомнить нам о чистоте, искренней любви, всепрощении. Кстати, эта теория хорошо объясняет, почему они так похожи, - все очень просто: чтобы мы их все-таки узнали.

Уважаемые читатели!
Мы ждем ваших откликов на публикации Марии Городовой. Если вы хотите, чтобы письмо было передано непосредственно Марии, мы сделаем это.
Адрес: 125993, Москва, ул. Правды, д. 24, "Российская газета".
Адрес электронной почты Марии Городовой:
pisma-maria@mail.ru

[Виктория-3]

 
мдааа.... никогда не знаешь как поступишь...
женщина  - молодец!!!

[olga sever]

Пройдя сквозь козни бытия,
Поняв, что жизнь не бесконечна -
На мысли ловим мы себя -
Что жили мы не безупречно.

Нельзя устать творить добро!
Нельзя спокойно жить на свете!
Прекрасно понимая то,-
Что рядом брошенные дети!

И чаще шутим мы о них -
Чем, к сердцу близко принимаем,
Когда мы за столом сидим,
А «кто-то там не доедает»....

И «где-то там» - мы говорим,
Сидя, за праздничным столом,
Мы «черным юмором» язвим -
А детский дом ведь за углом....

И до него совсем чуть-чуть,
Ну, может пять минут пешком,
И может — лучше, чем шутить -
Придти туда с большим мешком???

И тут же спорим мы с собой:
;« А что мы сможем изменить???»
;«Зачем нам головная боль???»
;«И что в мешок тот положить???»

Им — все равно, что в том мешке!!!
Им — главное, что ты придешь.
Ты им как лучик в темноте,
Когда-нибудь ты все поймешь,

Им просто хочется тепла,
немного ласки и любви,
Заботу, нежные слова,
Ты в тот мешок им заверни!!!

Ты не забудь еще туда -
Им пару сказок положить
«Как мама мамонта нашла» -
И стали вместе они жить.

И может, как-то, проходя,
С работы вечером — домой,
Они узнают вдруг тебя
И кто-то крикнет: «Папа мой!!!»

И не придется нам тогда,
Глаза скрывать и прятать взгляд,
И чувствовать себя всегда -
Как будто в чем-то виноват.

Чтобы маршрут нам не менять,
И этот дом не обходить -
Нам надо кое-что понять:
И сразу станет легче жить.

Не стоит нам туда ходить -
Что бы замаливать грехи
Не стоит деньги им носить -
Им стоит — посвящать стихи.

И если кто-то, прочитав,
Мой стих — захочет к ним придти -
Хотя бы в жизни только раз -
То я - на правильном пути!


© Copyright: Бэра Макинтош, 2008

[olga sever]

Серый дом. Сотни лиц, не изведавших детства,
Через окна сквозит обнаженная боль.
«Мама, где ты? Я жду!», - крик врывается в сердце,
в каждом взгляде читаешь: «Заберите с собой!»
- Мама, ты занята? Ты не можешь приехать?
Ты закончишь дела и мы будем вдвоём?
Я в альбоме рисую два пламенных сердца –
Это мы: ты и я. А вот сад наш и дом!
Мама, мамочка, знаешь, мне так одиноко,
Ты приди хоть на день. Нет, хотя бы на час!
Ты приди и скажи: «Подожди меня, кроха».
Ты мне только скажи – и я век буду ждать!..

© Copyright: Наталья Матах, 2007

[olga sever]

Они, такие ж дети, как и все,
Доверчивые, искренние глазки,
Но только одинокие совсем,
И долго-долго ждут тепла и ласки.

Им хочется, чтоб мама обняла,
Чтоб их погладил по головке папа,
Чтобы сказали: "Крошечка моя!",
Когда захочется порой заплакать.

Пытаются глазёнками найти
Какую-то опору и защиту,
И если к ним поближе подойти -
В их судьбах столько горести сокрыто.

Растут, болеют так же, как и все,
Им холодно бывает, просят кушать,
Несчастные сиротки на Земле,-
Жизнь эта искалечит ваши души!...

О Боже, Боже! Если бросит мать
Дитя своё, плод чрева позабудет -
Не дай рожденной жизни погибать,
Пусть обреченных кто-нибудь полюбит!

"Кто примет это малое дитя, -
Меня, -сказал Иисус,- тот принимает..."
Но, а пока, они в окно глядят,
Неся свой скорбный крест, как говорят,
И детским сердцем маму ожидают...

© Copyright: Вера Катко, 2008

в казённом длинном коридоре
прижавшись к мерзлому окну
глазами, мутными от горя
мальчишка смотрит на зиму
он сын чужой, но я с ним рядом
рыдаю сломанною скрипкой
и мне сейчас одно лишь надо -
пройти от боли до улыбки
я знаю все его веснушки
реснички, шрамик подо лбом
и слёзы те, что на подушке
он оставляет перед сном
а где-то счастье занимая
сама не помня у кого
чужая женщина, чужая
о нём не знает ничего
а он зовёт ее ночами
и боль, что вынужден он пить
в своем извечном крике - мама!
не суждено мне исцелить
я лишь могу стоять с ним рядом
здесь - у промёрзшего окна
и верить, сколько будет надо
что в мире лучшая - она
что дни бездумные листая
она однажды всё поймет
родная женщина, родная
сюда когда-нибудь придет...

не знаю автора, увы.

[Масик]

Ты приди и скажи: «Подожди меня, кроха».
Ты мне только скажи – и я век буду ждать!..

   слезы аж брызнули...   как малышей жаль...

[olga sever]

детский дом
кто словами как пряниками
это горькое, страшное место назвал
детский дом - это просто вокзал
где бредут одинокие странники
те, кто маму свою потерял
а я так свою маму люблю
и умру, если вдруг потеряю
только в жизни аду, на ходу, на бегу
я сказать ей об этом не успеваю
мама, милая мама моя
почему у него мамы нет?
даже вечная мудрость твоя
на такое не знает ответ

где вы женщина, где же вы, где
на какой вы стоите дороге
неужели ни разу, нигде
ваше сердце не знало тревоги
неужели в простывшей ночи
отдыхая от жизненной каши
вы не слышали, как он кричит
и не видели глаз его - ваших
неужели в удушливом сне
вы не помня зачем и куда
позабыв о числе и о дне
никогда не бежали туда
где со мной, прислонившись к плечу
ждет вас сын на уснувшем перроне
я молю, заклинаю, кричу
возвращайтесь - он вас ещё помнит
я вам длинные письма пишу
как он часто о маме грустит
я молю, заклинаю, прошу
возвращайтесь - он всё вам простит
я давно рассказать вам хочу
как красив, как хорош он собой
я молю, заклинаю, кричу
возвращайтесь, пока он живой...

детский дом
кто словами как пряниками
это горькое страшное место назвал
детский дом - это просто вокзал
где бредут одинокие странники
и не ведают, где их причал...

[olga sever]

В копилку! 

Седой усталый доктор, анализ изучая,
Не говорит ни слова, лишь головой качает....
И приговор озвучен:" У Вас почти нет шансов....
Поймите, что природа здесь не дает авансов".
Как льдинки разлетелись слова по кабинету
Рассыпались как бисер и вмиг пропали где-то…
И было тихо-тихо… А что еще добавить?
Она не станет мамой… И это не исправить.
Седой усталый доктор проводит до порога:
«Вы милая, не плачьте, надейтесь Вы на БОГА».
И взгляд ее как пламя:«Трудна моя дорога....
Не сомневайтесь, доктор… Дойду Я и до БОГА»....
Она дошла до БОГА, она дошла до цели,
И крикнула так громко, что птицы разлетелись:
«Перенесла я с честью ТВОИ все испытанья....
О ГОСПОДИ, Исполни Одно Мое Желанье!!!
Кричала она долго… И наконец ответом
Стал нестерпимо яркий и белый лучик света:
»Я знаю, что ты хочешь, о чем давно мечтаешь.
Я дам тебе ребенка… Ты своего узнаешь?
Десятки ребятишек вокруг нее кружились
Смеялись, улыбались, на руки к ней садились
Вдруг сердце задрожало… Остановилось сразу…
И на нее смотрели два детских синих глаза…
И это было Чудом и настоящей сказкой,
Когда она гуляла по городу с коляской...
А в воздухе кружился, как белый лепесточек
Ненужный и забытый с анализом листочек.........

[ксения1221]

Не знаю, что сказать...Сижу реву...

[olga sever]

Ф.М. ДОСТОЕВСКИЙ
МАЛЬЧИК У ХРИСТА НА ЕЛКЕ
   
I
МАЛЬЧИК С РУЧКОЙ

   Дети странный народ, они снятся и мерещатся. Перед елкой и в самую елку перед рождеством я все встречал на улице, на известном углу, одного мальчишку, никак не более как лет семи. В страшный мороз он был одет почти по-летнему, но шея у него была обвязана каким-то старьем, -- значит его все же кто-то снаряжал, посылая. Он ходил "с ручкой"; это технический термин, значит -- просить милостыню. Термин выдумали сами эти мальчики. Таких, как он, множество, они вертятся на вашей дороге и завывают что-то заученное; но этот не завывал и говорил как-то невинно и непривычно и доверчиво смотрел мне в глаза, -- стало быть, лишь начинал профессию. На расспросы мои он сообщил, что у него сестра, сидит без работы, больная; может, и правда, но только я узнал потом, что этих мальчишек тьма-тьмущая: их высылают "с ручкой" хотя бы в самый страшный мороз, и если ничего не наберут, то наверно их ждут побои. Набрав копеек, мальчик возвращается с красными, окоченевшими руками в какой-нибудь подвал, где пьянствует какая-нибудь шайка халатников, из тех самых, которые, "забастовав на фабрике под воскресенье в субботу, возвращаются вновь на работу не ранее как в среду вечером". Там, в подвалах, пьянствуют с ними их голодные и битые жены, тут же пищат голодные грудные их дети. Водка, и грязь, и разврат, а главное, водка. С набранными копейками мальчишку тотчас же посылают в кабак, и он приносит еще вина. В забаву и ему иногда нальют в рот косушку и хохочут, когда он, с пресекшимся дыханием, упадет чуть не без памяти на пол,
   ...и в рот мне водку скверную
   Безжалостно вливал...
   Когда он подрастет, его поскорее сбывают куда-нибудь на фабрику, но все, что он заработает, он опять обязан приносить к халатникам, а те опять пропивают. Но уж и до фабрики эти дети становятся совершенными преступниками. Они бродяжат по городу и знают такие места в разных подвалах, в которые можно пролезть и где можно переночевать незаметно. Один из них ночевал несколько ночей сряду у одного дворника в какой-то корзине, и тот его так и не замечал. Само собою, становятся воришками. Воровство обращается в страсть даже у восьмилетних детей, иногда даже без всякого сознания о преступности действия. Под конец переносят все -- голод, холод, побои, -- только за одно, за свободу, и убегают от своих халатников бродяжить уже от себя. Это дикое существо не понимает иногда ничего, ни где он живет, ни какой он нации, есть ли бог, есть ли государь; даже такие передают об них вещи, что невероятно слышать, и, однакоже, всё факты.
   
II
МАЛЬЧИК У ХРИСТА НА ЕЛКЕ

   Но я романист, и, кажется, одну "историю" сам сочинил. Почему я пишу: "кажется", ведь я сам знаю наверно, что сочинил, но мне все мерещится, что это где-то и когда-то случилось, именно это случилось как раз накануне рождества, в каком-то огромном городе и в ужасный мороз.
   Мерещится мне, был в подвале мальчик, но еще очень маленький, лет шести или даже менее. Этот мальчик проснулся утром в сыром и холодном подвале. Одет он был в какой-то халатик и дрожал. Дыхание его вылетало белым паром, и он, сидя в углу на сундуке, от скуки нарочно пускал этот пар изо рта и забавлялся, смотря, как он вылетает. Но ему очень хотелось кушать. Он несколько раз с утра подходил к нарам, где на тонкой, как блин, подстилке и на каком-то узле под головой вместо подушки лежала больная мать его. Как она здесь очутилась? Должно быть, приехала с своим мальчиком из чужого города и вдруг захворала. Хозяйку углов захватили еще два дня тому в полицию; жильцы разбрелись, дело праздничное, а оставшийся один халатник уже целые сутки лежал мертво пьяный, не дождавшись и праздника. В другом углу комнаты стонала от ревматизма какая-то восьмидесятилетняя старушонка, жившая когда-то и где-то в няньках, а теперь помиравшая одиноко, охая, брюзжа и ворча на мальчика, так что он уже стал бояться подходить к ее углу близко. Напиться-то он где-то достал в сенях, но корочки нигде не нашел и раз в десятый уже подходил разбудить свою маму. Жутко стало ему, наконец, в темноте: давно уже начался вечер, а огня не зажигали. Ощупав лицо мамы, он подивился, что она совсем не двигается и стала такая же холодная, как стена. "Очень уж здесь холодно", -- подумал он, постоял немного, бессознательно забыв свою руку на плече покойницы, потом дохнул на свои пальчики, чтоб отогреть их, и вдруг, нашарив на нарах свой картузишко, потихоньку, ощупью, пошел из подвала. Он еще бы и раньше пошел, да все боялся вверху, на лестнице, большой собаки, которая выла весь день у соседских дверей. Но собаки уже не было, и он вдруг вышел на улицу.
   Господи, какой город! Никогда еще он не видал ничего такого. Там, откудова он приехал, по ночам такой черный мрак, один фонарь на всю улицу. Деревянные низенькие домишки запираются ставнями; на улице, чуть смеркнется -- никого, все затворяются по домам, и только завывают целые стаи собак, сотни и тысячи их, воют и лают всю ночь. Но там было зато так тепло и ему давали кушать, а здесь -- господи, кабы покушать! И какой здесь стук и гром, какой свет и люди, лошади и кареты, и мороз, мороз! Мерзлый пар валит от загнанных лошадей, из жарко дышащих морд их; сквозь рыхлый снег звенят об камни подковы, и все так толкаются, и, господи, так хочется поесть, хоть бы кусочек какой-нибудь, и так больно стало вдруг пальчикам. Мимо прошел блюститель порядка и отвернулся, чтоб не заметить мальчика.
   Вот и опять улица, -- ох какая широкая! Вот здесь так раздавят наверно; как они все кричат, бегут и едут, а свету-то, свету-то! А это что? Ух, какое большое стекло, а за стеклом комната, а в комнате дерево до потолка; это елка, а на елке сколько огней, сколько золотых бумажек и яблоков, а кругом тут же куколки, маленькие лошадки; а по комнате бегают дети, нарядные, чистенькие, смеются и играют, и едят, и пьют что-то. Вот эта девочка начала с мальчиком танцевать, какая хорошенькая девочка! Вот и музыка, сквозь стекло слышно. Глядит мальчик, дивится, уж и смеется, а у него болят уже пальчики и на ножках, а на руках стали совсем красные, уж не сгибаются и больно пошевелить. И вдруг вспомнил мальчик про то, что у него так болят пальчики, заплакал и побежал дальше, и вот опять видит он сквозь другое стекло комнату, опять там деревья, но на столах пироги, всякие -- миндальные, красные, желтые, и сидят там четыре богатые барыни, а кто придет, они тому дают пироги, а отворяется дверь поминутно, входит к ним с улицы много господ. Подкрался мальчик, отворил вдруг дверь и вошел. Ух, как на него закричали и замахали! Одна барыня подошла поскорее и сунула ему в руку копеечку, а сама отворила ему дверь на улицу. Как он испугался! А копеечка тут же выкатилась и зазвенела по ступенькам: не мог он согнуть свои красные пальчики и придержать ее. Выбежал мальчик и пошел поскорей-поскорей, а куда, сам не знает. Хочется ему опять заплакать, да уж боится, и бежит, бежит и на ручки дует. И тоска берет его, потому что стало ему вдруг так одиноко и жутко, и вдруг, господи! Да что ж это опять такое? Стоят люди толпой и дивятся: на окне за стеклом три куклы, маленькие, разодетые в красные и зеленые платьица и совсем-совсем как живые! Какой-то старичок сидит и будто бы играет на большой скрипке, два других стоят тут же и играют на маленьких скрипочках, и в такт качают головками, и друг на друга смотрят, и губы у них шевелятся, говорят, совсем говорят, -- только вот из-за стекла не слышно. И подумал сперва мальчик, что они живые, а как догадался совсем, что это куколки, -- вдруг рассмеялся. Никогда он не видал таких куколок и не знал, что такие есть! И плакать-то ему хочется, но так смешно-смешно на куколок. Вдруг ему почудилось, что сзади его кто-то схватил за халатик: большой злой мальчик стоял подле и вдруг треснул его по голове, сорвал картуз, а сам снизу поддал ему ножкой. Покатился мальчик наземь, тут закричали, обомлел он, вскочил и бежать-бежать, и вдруг забежал сам не знает куда, в подворотню, на чужой двор, -- и присел за дровами: "Тут не сыщут, да и темно".
   Присел он и скорчился, а сам отдышаться не может от страху и вдруг, совсем вдруг, стало так ему хорошо: ручки и ножки вдруг перестали болеть и стало так тепло, так тепло, как на печке; вот он весь вздрогнул: ах, да ведь он было заснул! Как хорошо тут заснуть: "Посижу здесь и пойду опять посмотреть на куколок, -- подумал мальчик и усмехнулся, вспомнив про них,-- совсем как живые!.." И вдруг ему послышалось, что над ним запела его мама песенку. "Мама, я сплю, ах, как тут спать хорошо!"
   -- Пойдем ко мне на елку, мальчик, -- прошептал над ним вдруг тихий голос.
   Он подумал было, что это все его мама, но нет, не она; кто же это его позвал, он не видит, но кто-то нагнулся над ним и обнял его в темноте, а он протянул ему руку и... и вдруг, -- о, какой свет! О, какая елка! Да и не елка это, он и не видал еще таких деревьев! Где это он теперь: все блестит, все сияет и кругом всё куколки, -- но нет, это всё мальчики и девочки, только такие светлые, все они кружатся около него, летают, все они целуют его, берут его, несут с собою, да и сам он летит, и видит он: смотрит его мама и смеется на него радостно.
   -- Мама! Мама! Ах, как хорошо тут, мама! -- кричит ей мальчик, и опять целуется с детьми, и хочется ему рассказать им поскорее про тех куколок за стеклом. -- Кто вы, мальчики? Кто вы, девочки? -- спрашивает он, смеясь и любя их.
   -- Это "Христова елка", -- отвечают они ему. -- У Христа всегда в этот день елка для маленьких деточек, у которых там нет своей елки... -- И узнал он, что мальчики эти и девочки все были всё такие же, как он, дети, но одни замерзли еще в своих корзинах, в которых их подкинули на лестницы к дверям петербургских чиновников, другие задохлись у чухонок, от воспитательного дома на прокормлении, третьи умерли у иссохшей груди своих матерей, во время самарского голода, четвертые задохлись в вагонах третьего класса от смраду, и все-то они теперь здесь, все они теперь как ангелы, все у Христа, и он сам посреди их, и простирает к ним руки, и благословляет их и их грешных матерей... А матери этих детей все стоят тут же, в сторонке, и плачут; каждая узнает своего мальчика или девочку, а они подлетают к ним и целуют их, утирают им слезы своими ручками и упрашивают их не плакать, потому что им здесь так хорошо...
   А внизу наутро дворники нашли маленький трупик забежавшего и замерзшего за дровами мальчика; разыскали и его маму... Та умерла еще прежде его; оба свиделись у господа бога в небе.
   И зачем же я сочинил такую историю, так не идущую в обыкновенный разумный дневник, да еще писателя? А еще обещал рассказы преимущественно о событиях действительных! Но вот в том-то и дело, мне все кажется и мерещится, что все это могло случиться действительно, -- то есть то, что происходило в подвале и за дровами, а там об елке у Христа -- уж и не знаю, как вам сказать, могло ли оно случиться, или нет? На то я и романист, чтоб выдумывать.

[annekke]

нет слов, только слезы

[Олеся80]

 

[Нежная]

Урыдалась вся!!!     
Как же далко всех деток!!! 

[ana_0]

плакаю....    но сама на такой подвиг наверно все ж не готова

[Лакриция]

Брошенные дети
 
Брошенные дети- сверточки, кулечки,
Вы- ничьи сыночки, впрочем, как и дочки.
Крохотные ручки, голубые веки...
Как же вы посмели, люди- человеки?

Брошенные дети преданы заранье
То ли на забвенье, то ли на закланье.
Все , что им осталось: органы опеки...
Будьте милосердны, люди- человеки!

Брошенные дети - слабые травинки,
В лицах ни искринки, ни живой кровинки.
Их глаза, как бездна: не постичь вовеки...
Что ж вы натворили, Люди? Человеки??????

[Лакриция]

Маленький мальчик, он из детдома
Мамина ласка ему не знакома
Тянет ручонки он к тёте чужой
Но и она повернулась спиной
Их восемнадцать, а няня одна
Всех не поднять ей, устала она
Только уложит, он снова встаёт
Что-то лопочет, всем спать не даёт
Стал говорить он впервые слова
Слоги простые «ма-ма» да «ва-ва»
Смотрит с такою надеждой в глазах
«Возьми меня няня, усну на руках»
Ну что с тобой делать маленький мой
Вырос настырный, упрямый такой
Это неплохо, борись за себя
Ты станешь сильнее день ото дня
Такой богатырь родился красивый
Только для мамы стал не любимый
Маленький мальчик, он из детдома
Мамина нежность ему не знакома.

[Ла33на]

                                           

[Natalya_82]

Девочки, еще есть хорошая книжка Светланы Сорокиной «Недетские истории», в ней Светлана рассказывает 21 реальную историю из жизни-детей сирот, которые ей довелось услышать. В 2009 году вышла книга «Мне не все равно», где Светлана рассказала истории известных людей, занимающихся благотворительностью в России. (Она сама в  2003 году Светлана Сорокина удочерила девочку из детского дома. )
Первая книжка есть сейчас в продаже в Глобусе, второй пока нет, но я хочу найти..

Правда на скачке этих книжек пока нет. Если кто найдет, дайте ссылку, плиз !

[Неравнодушная]

Здравствуйте! Сегодня посетила ваш сайт, увидела данную тему и зарегистрировалась только для того, что бы оставить здесь свою историю. Я раньше никогда об этом не рассказывала, но стихи, письма, опубликованные у вас заставили меня прорыдаться и рассказать о себе. Может быть я помогу кому-нибудь сделать этот важный шаг в жизни. Хотя почему важный? Наверное самый обычный (по крайней мере мне тогда так казалось!). Но, все по порядку. Вот как-то раз вышла я замуж. Вышла неожиданно, как-то играючи. Понеслась, закрутилась семейная жизнь. Ремонт, работа.... работа, ремонт. Отдых, отдых за границей. Зарплаты растут, вещей все больше покупается, мебелью обрастаем. И! Вот оно счастье - покупаем автомобиль!!! Все! Жизнь удалась! Так, в радостной кутерьме прошло несколько лет. Но однажды вечером, лежа с мужем в кровати, когда он начал не двусмысленно намекать мне на супружескую близость (простите за интимные подробности), я будничным тоном сообщила ему, что не могу, так как начались "критические дни". Муж откинулся на подушку и сказал:"Опять? Чего-то у нас с тобой деток нет, а уже сколько лет живем..." Через несколько дней я поплелась в женскую консультацию. После сдачи всех анализов, моих, мужниных, врач сообщила, что все нормуль, только ждите. И начали мы ждать. Ждем и ждем. Ждем и ждем. И годы все идут. И все та же кутерьма, те же отпуска, так же растут зарплаты... Но не радостно как-то... С каждыми месячными приходит истерика. Моя истерика. Муж успокаивает, говорит все получится. Но потом начинают сдавать нервы мужа. Теперь с каждыми месячными приходят истерики. Моя и мужа. А потом истерики прошли и наступила пустота. Нет, не пустота в жизни, родные, друзья все так же окружают. А пустота в душе, какая-то часть ее закрылась за маленькой железной дверцей. А что дальше? Дальше я перестала следить за своим циклом. Ближе к месячным я психовала от того, что вся отекшая какая-то, что побыстрей "они" начались бы. Меня стали раздражать разговоры подруг о детях. А у них У ВСЕХ они были.  Короче жесть. И в какой-то момент, не помню кто начал эту тему, мы задумались об усыновлении.  Я даже сбегала в Комитет по образованию, на прием к специалисту по усыновлению, взяла анкету и мы начали проходить медкомиссию. Но! Что-то нас остановило, мы бросили это дело на пол пути. Прошло еще несколько лет. И уже, наверное, "на автомате" мы стали говорить об этом. Без эмоций, без желаний. Примерно так:
- Ну че, может усыновим кого?
- Ну может, мне все равно.
- Блин, документов столько собрать надо....
- А денег у нас хватать будет?
- Поживем-увидим....
И я пошла. Пошла в очередной раз в Комитет. Стыдно было!..... А вдруг узнают? А вдруг скажут: "Аааааа, Вы несколько лет назад к нам приходили! Опять обманите?". Спасибо тем Людям (именно с большой буквы), которые работают там. Если и вспомнили, то промолчали. А дальше долго-долго отвечали на мои, наверное, дурацкие вопросы. А каких детей усыновляют, с какого возраста, можно ли подобрать похожего, как долго ждать, можно ли имитировать беременность, что думают о наследственности, можно ли будет узнать о родителях ребенка и т.д. и т.п.  После этого, я стала счастливым обладателем двух бланков для медкомиссий и перечня документов необходимых для сбора. Придя домой, я поговорила с мужем, который был весьма скептически настроен на это. Было принято обоюдное решение, что усыновлять мы будем новорожденного, так как будет имитация беременность в связи с тем, что не все родственники одобряют этот шаг. И понеслось-закрутилось! Медкомиссия не сложная, но довольно долго ждать некоторые результаты анализов. Некоторые терапевты без анализов пишут, что здоров, некоторые отправляют по всем анализам. Кому как повезет! Нам не повезло. Но вот! Медкомиссия готова, документы собраны и я иду опять в Комитет. Уже даже и не помню с мужем или без. Заполняю там какие-то анкеты, меня по деловитому так спрашивают кого я хочу родить, мальчика или девочку, какой внешности, а может хочу усыновить инвалида или с какой-нибудь небольшой патологией.... Короче, 40 минут времени, мои потные ладошки, и мне торжественно объявляют, что наша семья поставлена в очередь! на малыша. Оказывается у нас много желающих усыновить. Правда мне объясняют, что очередь не как за колбасой, что если родится малыш, который подходит по нашим "запросам" (простите за столь грубое изложение), да еще и похож на нас, то предлагают так сказать вне очереди. И если ребенок не понравиться, то можно пропустить очередь, подождать другого. Там НИКТО НИКОГО НЕ ПРИНУЖДАЕТ И НЕ СМОТРИТ КОСО ЕСЛИ ТЫ ОТКАЗАЛСЯ ОТ КОНКРЕТНОГО ДИТЯ! Девочки, я не знаю, что значит ходить беременной, ощущать всю радость предстоящего материнства, но мне кажется, что из Комитета я вывалилась именно такой, глубоко беременной, я даже по-моему, ходить стала как утка, переваливаясь с боку на бок. По приходу домой, была выпита бутылка вина, отмечена, так сказать моя беременность, и мы начали распространять легенду о моих сносях. И потекло время. Очень медленно. Я все была и была беременна, живот рос и рос (я отъедалась, я реально толстела), а мы все ждали и ждали. И вот, однажды, посреди рабочего дня у меня зазвонил мобильник. Увидев номер, у меня затряслись руки. Ответив на звонок, я услышала заветную фразу: "Здравствуйте, это звонят из Комитета по образованию. Вы готовы посмотреть малыша? У нас появился малыш, очень на Вас похож..." Дальше я уже не слышала. Конечно я согласилась, позвонила мужу, тот чуть со стула не упал. Началась такая суета! Я не могла работать, кучу перезвонов с Комитетом. Короче, это была пятница, мы примчались в Комитет, но так как в роддомах по пятницам короткий день у врачей, а никто(!) кроме них не посвящается в тему усыновления, то показать малыша нам смогли только в понедельник. Я не буду рассказывать как мы пережили те выходные! Утром понедельника мы поехали в роддом. Нам было назначено на 9.00, но мы приехали в 8.30 и как дураки сидели в машине под окнами. Меня колотила мелкая дрожь, муж все время поглядывал на часы. Когда после "утреннего развода"  врачей, нас все-таки приняла та доктор, которая вела нашего маленького, у меня уже по-моему "ехала крыша" от нетерпежа. Доктор сначала смотрела долго наши документы, направление из Комитета, потом было долгое знакомство с меддокументами малыша, а потом сказала ожидать и куда-то ушла. Девочки, представляете, длиииинный больничный коридор, и откуда то из далека появляется наша врач со свертком на руках. Мы как два дурака стоим и улыбаемся.... Она подошла к нам и пригласила войти в какую-то комнату. Там уже она дала одеть халаты, помыть руки, положила малыша на диван развернула его и вручила подержать его на руках. Я знаю, что детки плохо видят при рождении, но я вам отвечаю, что этот маленький человечек повернул свою головку и посмотрел прямо мне в глаза. Нет, не в сторону моих глаз, а прямо мне в глаза. Глубоко-глубоко, куда еще никто не заглядывал. Я пропала именно в этот момент. Я поняла, что если я откажусь сейчас от него, я предам его, как предала другая. Для меня уже все было решено. Наше первое свидание длилось не более 10 минут. Когда мы вышли их роддома я чувствовала себя опустошенной. Как будто все-все мои чувства остались там, в той маленькой комнате. Мы долго ехали молча. Муж был ошарашен, он вообще ничего не понял, но малыш ему понравился, хотя и с некоторым сомнением. По дороге на работу, мы заехали в Комитет и написали свое согласие именно на этого ребенка. После нашего ухода мне позвонили из Комитета и сказали, что наше согласие под вопросом, так как специалисту показалось, что муж не совсем согласен, что принуждать нельзя, что из-за этого можно сильно поругаться, что если мы хотим, согласие аннулируется и мы подождем другого малыша. Я успокоила, сказала, что МЫ СОГЛАСНЫ, что на мужа я не давлю. А дальше началась медкомиссия малыша. Я так переживала! 300 созвонов с врачами, попросили ускорить комиссию, короче к дню суда я была измотана до нитки. Да, я не сказала, что усыновление происходит по решению суда. В судебном заседании присутствуют усыновители, непосредственно судья, его секретарь, прокурор и представитель Комитета по образованию. Но, все дают подписку о неразглашении тайны усыновления. Короче я с накладным пузом, в жару (был летний день), услышала наверное самые на данный момент заветные слова в моей жизни, что "исковые требования заявителей таких-то удовлетворить в полном объеме, признать их усыновителями несовершеннолетнего такого-то, установить имя несовершеннолетнему такое-то, дату рождения такую-то, решение обратить к немедленному исполнению". Вобщем это значит, что я с накладным пузом сразу поехала в роддом имитировать роды. Муж отвез меня и радостный поехал "обмывать ножки". А дальше было 1000 звонков с поздравлениями, слезы, радость, у кого-то удивление, чуть позже пьяные базары и смс. Но! В этот момент я наверное поняла что произошло! Мне в палату вкатили люльку с моим сыном. Что с ним делать, как к нему подойти? Пока он спал, я еще как-то держалась, а когда плакал.... За окном было лето в самом разгаре, все пили, гуляли, и я стала сомневаться, правильно ли мы сделали... Короче у меня началась банальная послеродовая депрессия. Я точно могу сказать, она происходит не из-за гормонального взрыва, а от того, что у мамы меняется вся жизнь. Нет сказать, что меняется, значит ничего не сказать! Пока я была в роддоме мне позвонил муж и задал вопрос, который его наверное очень мучил, он спросил:"Ну как ты?" Я ответила, что нормально, но он спросил: "Нет, я имею ввиду, ТЫ ЛЮБИШЬ ЕГО?" Знаете, я не нашлась, что ответить. Соврать, сказать что люблю, не хотела. В моем понимании любовь это нечто другое, не то, что я испытывала. Я знаю, что я испытывала огромную ответственность перед этим малышом. Потом нас выписали, встречали с букетами, на машине, все чин по чину, и начались наши будни. Малыш в первый же день дал такой джаз, что мы уснули как попало, поперек кровати. И вот так, день за днем, час за часом, минута за минутой, это ребенок все больше врастал в нашу размеренную жизнь. Сначала мы протестовали, отказывались так радикально менять все, а затем.... А затем мы не заметили, как малыш стал нашем сыном. Не больше, не меньше. Просто сыном, нашим долгожданным первенцем. Я не буду рассказывать о том, как мы радуемся нашим первым маленьким победам, как стали улыбаться, как научились брать игрушку из рук папы, у папы в тот момент стояли в глазах слезы, как начали сидеть, как полезли первые зубки... Можно продолжать, но я думаю, что все мамы с этого форума, переживали эти радостные моменты. Я просто хочу сказать, что мы поняли, что МЫ ПОТЕРЯЛИ ОЧЕНЬ МНОГО ВРЕМЕНИ ЖИЗНИ БЕЗ НАШЕГО МАЛЫША, надо было раньше идти, нет, бежать усыновлять. А все так же как и все боялись, сомневались... Приоритеты не те в жизни были... Дураки короче. Сейчас муж поговаривает о втором ребенке. Так, что ЧУЖИХ ДЕТЕЙ НЕ БЫВАЕТ, теперь мы это точно знаем!   

[Феечка]

давлюсь комом в горле  замечательная история, вы такие молодцы! Дай вам Бог счастливой жизни! Здоровья и понимания! 

[*АНДРОМЕДА*]

давлюсь комом в горле  замечательная история, вы такие молодцы! Дай вам Бог счастливой жизни! Здоровья и понимания! 

Присоединяюсь 

[Elenka-2]

  и радуюсь за Вас и малыша!
Оставайтесь с нами,у нас тут хорошо и оооочень душевно!

[Tuchka]

Здравствуйте! Сегодня посетила ваш сайт, увидела данную тему и зарегистрировалась только для того, что бы оставить здесь свою историю.
 Сейчас муж поговаривает о втором ребенке. Так, что ЧУЖИХ ДЕТЕЙ НЕ БЫВАЕТ, теперь мы это точно знаем!   

   Спасибо ВАМ!!!!

[Natta]

Неравнодушная, спасибо    очень трогательно 
Счастья Вам и Вашему малышу ! 

[ксения1221]

Неравнодушная это вам . Вы в моих глазах пример для подражания. У меня на работе 2 семьи тоже усыновили детей. Живут и посей день счастливо! Здоровья вам!!!!!!!!!!!!

[Янтарная]

 Счастья и здоровья Вам и Вашему сыночку!
Вы Молодцы!

[Карлуша]

Боже мой, я- психичка- читала и рыдала, ребенок на меня смотрит в непонятках весь! Счастья и здоровья Вашей семье. А то, что в роддоме не испытывали любви, а только ответственность, так это происходит с большинством мам, особенно с первым ребенком, несмотря на то, что были беременны и рожали.